Вакцины для детей: инновации, влияние и направления будущих исследований (обзор сессии ESCMID Global 2026)

Обзор сессии ESCMID Global 2026 «Вакцины для детей: инновации, влияние и направления будущих исследований» (Vaccines for children: innovations, impact, and future directions).

Доклад 1: Новые и развивающиеся рубежи в педиатрической вакцинологии (New and emerging frontiers in pediatric vaccinology).

Профессор Паоло Пальма (Paolo Palma) — ведущий эксперт в области педиатрической иммунологии и вакцинологии, имеющий двойное назначение: в Университете Рима Тор Вергата и Детской больнице Bambino Gesù (Рим, Италия), а также в исследовательском центре Vaccinopolis (Антверпен, Бельгия). В своем докладе он представил комплексный взгляд на то, как пересечение трех ключевых направлений — технологических инноваций, глубокого понимания иммунологии раннего возраста и глобальных стратегий здравоохранения — формирует современную педиатрическую вакцинологию.

Актуальность и технологические инновации (платформы мРНК и вирусные векторы)

Вакцинология вступила в трансформационную эру, когда новые платформы позволяют быстрее и точнее конструировать вакцины.

мРНК-платформы: Становится все более очевидным, что потенциал мРНК-технологий выходит за рамки инфекционных заболеваний и в будущем будет применяться для лечения неинфекционных патологий. В контексте педиатрии одним из главных преимуществ мРНК является ее способность служить модульной технологией для комбинирования различных антигенов. Спикер привел в пример текущие педиатрические исследования, в которых параллельно тестируются комбинации антигенов метапневмовируса и вируса парагриппа 3 типа.
Аденовирусные векторы: Векторные технологии эволюционируют от простых средств доставки к инструментам активного перепрограммирования иммунной системы. В недавнем исследовании (опубликованном за месяц до конгресса), посвященном вакцинам против вируса Эбола, было протестировано три различные векторные платформы. Исследование продемонстрировало схожую высокую иммуногенность и благоприятный профиль безопасности для всех трех платформ, что делает их применение у детей крайне перспективным.

Системная биология и прогнозирование иммунного ответа (омикс-технологии).

Наши возможности по мониторингу реакции иммунной системы организма радикально расширились благодаря методам системной биологии. В настоящее время анализ не ограничивается оценкой частоты клеточных популяций или поверхностных маркеров; доступно глубокое изучение транскриптомных и эпигенетических профилей антиген-специфических клеток, а также синтезируемых белков.

Для изучения этих механизмов в раннем возрасте (периоде с высокой пластичностью иммунитета) запущены крупные исследовательские проекты:

Гарвардское лонгитюдное исследование: Совместный проект группы доктора Пальмы и Гарвардского университета, в рамках которого ведется наблюдение за большой когортой детей от рождения до 6 лет (первый год исследования уже завершен). Цель — отследить, как вакцинация на ранних этапах жизни формирует иммунную «установочную точку» (immune set point) и влияет на развитие трех клинических эндотипов:
- Низкая реактивность на вакцины.
- Развитие бронхиальной астмы.
- Высокая склонность к респираторным инфекциям.
Проект INSEC (финансируемый CEPI): Данная сеть, возглавляемая Брайтонским сотрудничеством (Brighton Collaboration) и профессором Кариной Топ (Karina Top), использует Омикс-технологии для математического прогнозирования исходов вакцинации. На большой когорте педиатрических пациентов и молодых взрослых изучаются механизмы редких нежелательных явлений, таких как поствакцинальная тромбоцитопения и кардиологические осложнения. Конечная цель проекта — разработка надежных in vitro тестов, способных предсказывать токсичность вакцины до ее введения пациенту.

Тренированный иммунитет и неспецифические эффекты вакцин.

Спикер сделал акцент на косвенных эффектах вакцинации: способности вакцин перепрограммировать клетки врожденного иммунитета (феномен «тренированного иммунитета»).

Данные по БЦЖ (BCG): Опираясь на недавнее рандомизированное контролируемое исследование, профессор Пальма продемонстрировал, что введение БЦЖ при рождении достоверно связано со снижением маркеров системного воспаления, в частности хемокинов.
Интересной находкой этого исследования стало выявление гендерных особенностей в подавлении воспалительного ответа после вакцинации БЦЖ, при этом сам эффект носил транзиторный характер с течением времени.
Требуется глубокое изучение того, как именно другие живые аттенуированные вакцины (корь, краснуха, эпидемический паротит) модулируют тренированный иммунитет у младенцев.

Дизайн исследования PIPELINE: Стратегии профилактики РСВ.

Вакцинация беременных женщин рассматривается как критически важная мера защиты матери и обеспечения трансплацентарной передачи антител ребенку, однако комплаенс варьирует от очень высокого в Бельгии до крайне низкого в Италии.

В связи с глобальным внедрением высокоэффективных препаратов моноклональных антител (в частности, нирсевимаба) для профилактики респираторно-синцитиального вируса (РСВ), ключевой клинической задачей становится оптимизация схем их применения. Для ответа на этот вопрос запущен грантовый европейский проект PIPELINE, который будет сравнивать три различные стратегии.

Стратегия (Клиническая группа) в протоколе PIPELINE	Метод иммунизации против РСВ
Группа 1 (Passive only)	Только пассивная иммунизация (введение моноклональных антител ребенку).
Группа 2 (Maternal only)	Только активная вакцинация матери во время беременности.
Группа 3 (Combined approach)	Комбинированный подход: вакцинация матери + дополнительное введение моноклональных антител младенцу в возрасте около 4 месяцев.

Исследовательская гипотеза: Оценить, обеспечивает ли комбинированный подход (Группа 3) статистически значимое превосходство в защите младенцев от РСВ на протяжении всего первого года жизни.

Глобальные вызовы и клинические выводы.

Несмотря на наличие мощных профилактических инструментов, таких как препараты против РСВ, они остаются недоступными во многих странах с низким уровнем дохода. Одновременно с этим, растущая нерешительность в отношении вакцинации приводит к катастрофическим последствиям: апрельские данные CDC (США) за 2026 год демонстрируют прогрессирующий рост числа вспышек кори.

Наиболее важные прямые цитаты спикера:

«Ранний возраст — это возможность, а не ограничение».
«Вакцины не спасают жизни, вакцинация спасает».

Обновленные концепции педиатрической иммунизации от профессора Пальмы:

Иммунные ответы высоко динамичны и зависят от контекста, поэтому разовые измерения неэффективны; будущее за лонгитюдными когортными исследованиями.
Ранний возраст является уникальным терапевтическим окном для модуляции иммунных траекторий на всю последующую жизнь.
Какими бы совершенными ни были новые молекулярные дизайны вакцин, их глобальное влияние будет нулевым без справедливого и повсеместного их внедрения в практику.

Доклад 2: За пределами иглы: инновационные системы доставки педиатрических вакцин (Beyond the needle: innovative delivery systems for pediatric vaccines).

ФИО спикера и контекст выступления: Профессор Ульрих Хайнингер (Ulrich Heininger) — руководитель отделения инфектологии и вакцинологии Университетской детской больницы Базеля (Швейцария), эксперт группы Swiss InfoVac. Его доклад посвящен поиску и клинической оценке альтернативных (безыгольных и нанотехнологических) путей введения вакцин в педиатрической практике.

Актуальность: Почему нам нужны инновационные системы доставки?

Традиционные внутримышечные и подкожные инъекции сопряжены с болью, что ведет к серьезным барьерам в иммунизации.

Статистика фобий: Систематические обзоры показывают, что страх перед иглами присутствует у 5–13% детей в общей популяции, и этот показатель непропорционально выше среди невакцинированных групп.
Опросы взрослых показывают, что 26% населения Великобритании испытывают фобию вида крови или травмы от инъекции, а 12% взрослых в США назвали страх перед иглой главной причиной отказа от вакцинации против COVID-19 даже в разгар пандемии.
Массовые реакции: При школьной иммунизации (массовых кампаниях) присутствует феномен «массовых нежелательных явлений, связанных с тревогой», что требует особых клинических руководств для их предотвращения.

Профессор Хайнингер выделил 4 основных направления инновационных разработок, отказавшись от рассмотрения ректальных, вагинальных и внутривенных путей как неактуальных для вакцинологии.

Мукозальные вакцины (пероральные и назальные).

Этот класс вакцин наиболее активно исследуется (около 1000 публикаций за последний год).

Механизм: Стимулируют местный (слизистый) и системный иммунитет без инъекций непосредственно в воротах инфекции (энтеральных или респираторных).
Успешные примеры: Оральная полиомиелитная вакцина (ОПВ), ротавирусная, живая тифозная вакцины, а также живая аттенуированная интраназальная вакцина против гриппа (зарегистрирована в ЕС для детей 2–17 лет).
Проблемы: Трудности в обеспечении стабильности антигенов против ферментативной деградации, риск местных аллергических реакций и угроза диссеминации мутировавших вакцинных штаммов (классический пример — вакциноассоциированный паралитический полиомиелит [ВАПП], заставивший мир переходить на ИПВ).

Дизайн исследования (аэрозольная вакцина против кори, Индия): Спикер привел данные крупного РКИ, в котором около 2000 детей в возрасте 9–11 месяцев были рандомизированы на две группы: традиционная подкожная инъекция (контроль) против аэрозольного введения (через маску, 0,2 мл суспензии).

Результаты: Аэрозольная вакцина не достигла критериев «non-inferiority» (не уступающей эффективности). Уровень серопозитивности на 91-й день был на 10% ниже, чем при традиционной инъекции.
Вывод: Клиническая разработка данной вакцины была свернута, так как снижение эффективности на 10% неприемлемо для педиатрической практики.

Микроиглы и микрочипы.

В 2025-2026 годах опубликовано 114 работ по этой теме. В настоящее время проводится 33 клинических исследования.

Механизм действия и логика применения:

Пластырь с микроскопическими выступами (содержащими высушенный антиген) накладывается на кожу.
Оказывается давление в течение 1 минуты, после чего пластырь оставляется на коже на 15 минут.
Микроиглы абсолютно безболезненно растворяются, доставляя антиген в эпидермис и дерму.
Антиген захватывается иммунокомпетентными клетками кожи (лейкоцитами) и мигрирует в регионарные лимфоузлы.

Проблема стабильности (решена): Первое поколение пластырей имело проблемы с термостабильностью. Ротавирусный антиген оставался стабильным до 40°C в течение 2 лет, однако антигены инактивированного полиовируса (ИПВ) полностью разрушались при комнатной температуре (25°C). Современные матрицы (нового поколения) решили эту проблему, продемонстрировав на крысиных моделях иммунный ответ, идентичный внутримышечному введению.
Клинические данные у людей (РКИ вакцины против гриппа): Исследование группы Пьера Ван Дамма (Pierre Van Damme, Антверпен) сравнивало пластыри (дозы гемагглютинина 3 мкг в 0,1 мл и 6 мкг в 0,2 мл) со стандартной ВМ инъекцией 0,5 мл.
- Результаты по эффективности: Высокая доза в микроиглах показала средние геометрические титры (GMT) и уровни сероконверсии, полностью сопоставимые с традиционной ВМ инъекцией.
- Критический недостаток: Использование микроигл сопровождалось значительно более высокой местной реактогенностью (эритема, отек, уплотнение, сохраняющиеся несколько дней). Это ставит под вопрос комплаенс пациентов (отсутствие боли при введении нивелируется длительным местным воспалением).

Безыгольные инъекционные системы.

Механизм: Устройства доставляют вакцину через кожу с помощью высокоскоростной струи жидкости под высоким давлением (используется пружина, сжатый углекислый газ или воздух). Концепции уже 150 лет.
Современные устройства используют одноразовые картриджи, что полностью исключает риск перекрестной контаминации, характерный для старых военных инжекторов.

Дизайн исследования (Вакцина MMR, Индия): Рандомизированное исследование (non-inferiority) у детей 15–18 месяцев (получавших вторую дозу кори и первую дозу паротита/краснухи). Использовался инжектор Stratus.

Результаты (эффективность): На 35-й день уровни сероконверсии и GMT были абсолютно идентичны контрольной группе с классической инъекцией.
Результаты (безопасность): Частота системных побочных эффектов (лихорадка) не различалась, однако струйный инжектор вызвал местную реактогенность (боль, покраснение, отек) на 10-15% чаще, чем обычный шприц с иглой.

Наночастицы и наноносители.

Это наиболее активно развивающаяся сфера (>1700 публикаций за прошлый год).

Включает липидные наночастицы (LNP), полимерные носители и вирусоподобные частицы (VLP). Технология уже используется в лицензированных вакцинах (мРНК-вакцины против COVID-19, ВПЧ, MenB, грипп, РСВ, малярия).
Преимущества: Наноносители защищают антиген от ранней энзиматической деградации, прицельно доставляют его к иммунным клеткам, обеспечивают контролируемое высвобождение, резко усиливают иммуногенность (позволяя снизить дозу антигена) и позволяют осуществлять совместную доставку антигена и адъюванта.

Результаты РКИ вакцины против малярии R21/Matrix-M: Вакцина R21 представляет собой вирусоподобную частицу (VLP), объединяющую спорозоитные белки Plasmodium falciparum и поверхностный антиген вируса гепатита B.

Дизайн (Ланцет): Двойное слепое РКИ 3 фазы в Африке у детей 5–36 месяцев. Схема введения: 0, 1 и 12 месяцев.
Эффективность (на 2-й год исследования): Эффективность вакцины составила 75% в регионах с сезонной малярией и 68% в регионах с круглогодичной передачей (комбинированная эффективность >70%). Препарат уже внедряется в практику.

Сравнительная таблица инновационных платформ доставки (по У. Хайнингеру)

Тип системы доставки	Статус в педиатрии	Главное преимущество	Главный клинический недостаток
Мукозальные (Пероральные/Назальные)	Широко применяются (ОПВ, Ротавирус, Грипп)	Неинвазивно, безболезненно, местный иммунитет	Риск ВАПП (для живых), аллергии дыхательных путей
Мукозальные (Аэрозольные)	Экспериментальные (Корь)	Массовое покрытие без игл	Сниженная иммуногенность (~ на 10% ниже нормы)
Микроиглы / Пластыри (Patches)	Клинические испытания (Грипп, ВПЧ)	Термостабильность, потенциал самовведения (без медперсонала)	Высокая местная реактогенность (уплотнения, гиперемия)
Безыгольные инъекторы (Jet)	Клинические испытания (MMR, SARS-CoV-2)	Идеальная точность дозы, без иглы	Местная реактогенность выше на 10-15% (по сравнению со шприцем)
Наночастицы / VLP	Золотой стандарт инноваций (SARS-CoV-2, Малярия, ВПЧ)	Резкое усиление иммунного ответа, точная доставка к клеткам	Все еще требуют применения классической иглы

Клинические выводы и перспективы.

Мукозальные вакцины имеют длительную историю успеха, однако попытки создать аэрозольные вакцины столкнулись с проблемами эффективности. Прямая цитата: «Слишком рано говорить о том, что они не работают, но пока мы сталкиваемся с трудностями в их эффективности».
Пластыри с микроиглами и струйные инъекторы безболезненны в момент применения, но прорыва пока не предвидится из-за их отсроченной профилей безопасности (местная токсичность).
Прямая цитата спикера, резюмирующая парадокс современной вакцинологии: «Наиболее активно развивающиеся инновационные системы доставки в педиатрии — это системы с использованием вирусоподобных и липидных наночастиц… но, к сожалению, их все равно нужно вводить с помощью иглы».

Доклад 3: Прямая и косвенная роль вакцин в борьбе с антимикробной резистентностью (Direct and indirect roles for vaccines against antimicrobial resistance).

ФИО спикера и контекст выступления: Профессор Вана Спулу (Vana Spoulou) — Афины, Греция. Ведущий эксперт в области педиатрических инфекционных заболеваний и вакцинологии с 30-летним стажем клинической и исследовательской работы. Ее доклад посвящен недостаточно освещенному аспекту иммунизации: использованию вакцин как важнейшего инструмента для сдерживания глобального кризиса антимикробной резистентности (АМР).

Актуальность: Вакцины как альтернатива в эпоху дефицита новых антибиотиков

Антимикробная резистентность — это глобальная угроза, на которую ежегодно атрибутируется более 1,5 миллионов смертей, в основном из-за инфекций нижних дыхательных путей, сепсиса и интраабдоминальных инфекций.

Разработка новых антибиотиков стремительно сокращается, в то время как мы находимся в «золотой эре» вакцинологии.
Моделирование показывает, что широкое использование существующих вакцин имеет потенциал для предотвращения около 500 000 смертей, связанных с АМР, а также значительного снижения затрат системы здравоохранения.
В 2024 году ВОЗ опубликовала отчет и интерактивные модели, которые позволяют рассчитать точное влияние конкретной вакцины на уровень АМР в различных регионах с учетом охвата иммунизацией и текущего потребления антибиотиков.

Фундаментальные преимущества: Вакцины против Антибиотиков.

Спикер представила прямое сравнение характеристик, делающих вакцины более предпочтительным стратегическим инструментом в борьбе с резистентностью.

Характеристика	Вакцины	Антибиотики
Механизм действия	Профилактический: тренируют иммунную систему до встречи с патогеном.	Терапевтический: воздействуют на уже внедрившуюся бактерию.
Бактериальная нагрузка	Действуют при крайне низкой нагрузке (в момент инфицирования).	Вынуждены справляться с огромной бактериальной массой.
Эффект на микробиом	Минимальный.	Выраженный (дисбиоз, риск селекции резистентных штаммов).
Уровень защиты	Популяционный: защищают даже невакцинированных через формирование коллективного иммунитета.	Индивидуальный: помогают только пациенту, принимающему препарат.
Длительность эффекта	Месяцы, годы или пожизненно.	Строго ограничена периодом приема препарата.

Механизм подавления мутаций (почему к вакцинам сложно выработать резистентность?): При вакцинации иммунная система вырабатывает поликлональные антитела, атакующие бактерию по множеству различных антигенных мишеней. Чтобы ускользнуть от вакцинного иммунитета, бактерии требуются одновременные множественные мутации, что эволюционно крайне сложно и медленно. В отличие от этого, антибиотик часто бьет в одну конкретную функциональную мишень, и для развития резистентности патогену достаточно изменить лишь один механизм.

Как вакцины снижают АМР: Клинические данные.

Прямой эффект (на примере пневмококковых вакцин – PCV): Анализ данных из США показал, что внедрение универсальной пневмококковой вакцинации и переход с PCV7 на PCV13 в 2010 году привели к резкому снижению распространенности антибиотикорезистентных инвазивных пневмококковых инфекций.

Достоверно снизилась резистентность к макролидам, цефалоспоринам, тетрациклинам и пенициллину.
Эффект распространился даже на пожилых людей благодаря коллективному иммунитету (они не получали штаммы от своих вакцинированных внуков).

Проблема эффекта замещения: Спикер предупредила о рисках сдвига популяционной структуры патогенов.

В Бразилии после внедрения PCV10 (которая не содержит серотип 19A) этот нишевый серотип стремительно размножился. Серотип 19A обладает множественной резистентностью.
Как результат, среди детей до 5 лет в Бразилии и Испании зафиксирован резкий рост устойчивости пневмококка к пенициллину, амоксициллину, эритромицину и, что самое тревожное для педиатров, к цефтриаксону и цефотаксиму. Это создает клинические трудности при эмпирическом лечении менингитов.
Открытый вопрос: Спикер подчеркнула, что пока неизвестно, приведут ли новейшие вакцины (PCV15, PCV20) к реальному снижению резистентных заболеваний, или просто ускорят замещение другими, еще не включенными в вакцину резистентными линиями.

Косвенный эффект (на примере вирусных вакцин — Грипп и РСВ): Снижение бремени вирусных инфекций предотвращает присоединение вторичных бактериальных суперинфекций и, что еще важнее, снижает необоснованное назначение антибиотиков на вирусную лихорадку.

Грипп: Графики эпидемических волн гриппа идеально коррелируют с пиками массового назначения антибиотиков. РКИ подтверждают, что взрослые, получившие вакцину от гриппа, получают антибиотики достоверно реже.
Респираторно-синцитиальный вирус (РСВ): Данные масштабного европейского исследования (Rescue study, 5 центров) показывают, что 30% детей, госпитализированных в обычное отделение с РСВ, получают антибиотики, а при переводе в ОРИТ этот показатель достигает 60%. Вакцинация беременных или профилактика моноклональными антителами (нирсевимаб) у младенцев радикально снижает потребность в антибиотикотерапии в первые, самые критические месяцы жизни.

Разработка вакцин против резистентных бактерий (ESKAPE)

Профессор Спулу представила ландшафт разработки вакцин против бактерий из приоритетного списка ВОЗ (включая E. coli, S. aureus, Klebsiella pneumoniae, Acinetobacter, Pseudomonas).

Несмотря на наличие доклинических и клинических испытаний с использованием новых платформ, создание таких вакцин крайне затруднено.
Барьеры: Отсутствие известных коррелятов защиты, отсутствие валидных животных моделей, проблемы безопасности и серьезные промышленные барьеры (фармацевтические компании не хотят инвестировать, так как не уверены, войдут ли эти вакцины в Национальные календари прививок (NIP)). Прорыва в ближайшие пару лет не ожидается.

Клинические выводы и обновленные рекомендации.

Наиболее важные рекомендации спикера касались изменения глобальной политики и повседневной практики врачей:

Интеграция в политику: Вакцинация должна быть официально интегрирована в Национальные планы действий по борьбе с АМР во всех странах.
Эволюция Stewardship: Программы контроля за антимикробной терапией (Antimicrobial stewardship) традиционно фокусируются на правильном назначении препаратов. Теперь они обязаны включать вакцинацию как первичную меру профилактики.
Смена парадигмы: Каждый случай предотвращения вирусной инфекции с помощью вакцины напрямую защищает микробиом ребенка от ненужного контакта с антибиотиком. Максимальное расширение охвата вакцинацией (в том числе взрослых) — это прямой путь к сдерживанию АМР.

Доклад 4: Вакцины и врожденный иммунитет: использование “тренированного иммунитета” в раннем возрасте (Vaccines and innate immunity, harnessing trained immunity in early life)

ФИО спикера и контекст выступления: Доктор Элизабет Дафер (Elizabeth Dafer / Duffer) — врач отделения внутренних болезней, исследователь из Медицинского центра Университета Радбуда (Нидерланды). Она работает в лаборатории профессора Михая Нети (Mihai Netea), который в 2011 году впервые открыл и ввел концепцию «тренированного иммунитета» (trained immunity). Доклад сфокусирован на неспецифических (гетерологичных) эффектах педиатрических вакцин.

Прямая цитата спикера, отражающая главную мысль доклада: «Если и есть что-то, что я хочу, чтобы вы запомнили сегодня, так это следующее: вакцины способны на гораздо большее, чем просто защита от одного специфического агента».

Актуальность и фундаментальные механизмы тренированного иммунитета.

До 2011 года считалось, что иммунологической памятью обладает только адаптивный иммунитет (B- и T-клетки). Однако было доказано, что клетки врожденного иммунитета (моноциты, макрофаги, NK-клетки, дендритные клетки и врожденные лимфоидные клетки) также способны «запоминать» первичный стимул и изменять свой ответ на последующие инфекции.

Отличие от обычного прайминга: При тренированном иммунитете после первого контакта с антигеном (например, вакциной) активация клетки полностью возвращается к базовому (нулевому) уровню. Однако при встрече со вторым, совершенно другим патогеном (второй удар), клетка выдает гораздо более мощный или специфически измененный воспалительный ответ.

Это обеспечивается двумя ключевыми клеточными процессами:

Эпигенетическое перепрограммирование: Изменение архитектуры хроматина для облегчения транскрипции генов. В натренированных клетках появляются стойкие эпигенетические маркеры: ацетилирование H3K27 и метилирование H3K4 (на энхансерах и промоторах генов, отвечающих за воспаление и метаболизм).
Метаболическое ремоделирование: Тренированным клеткам требуется больше энергии, поэтому происходит сдвиг клеточного метаболизма в сторону аэробного гликолиза. Важное открытие: Тренировке подвергаются не только циркулирующие клетки с коротким сроком жизни, но и стволовые/прогениторные клетки в костном мозге, что объясняет, почему этот защитный неспецифический эффект сохраняется долгие годы.

Доказательная база: От In vitro к клиническим РКИ

Классическая модель с вакциной БЦЖ (BCG) у взрослых

Дизайн: Здоровых добровольцев вакцинировали БЦЖ, а затем в лаборатории стимулировали их моноциты in vitro микобактериями, а также сторонними бактериальными и грибковыми антигенами.
Результаты: Вакцина БЦЖ через рецептор NOD2 индуцировала выработку огромного количества провоспалительных цитокинов (TNF, IL-1β) в ответ на неродственные стимулы. В экспериментах на мышах с нокаутом гена NOD2 этот тренировочный эффект полностью исчезал.
Исследование In vivo (Модель желтой лихорадки): Группу людей вакцинировали БЦЖ (или плацебо), а через некоторое время им ввели вакцину от желтой лихорадки. В группе БЦЖ наблюдался не только усиленный цитокиновый ответ, но и достоверно более низкий уровень виремии вируса желтой лихорадки.

Доказательства у новорожденных и младенцев. У детей раннего возраста пластичность иммунных клеток выше, а влияние предыдущих инфекций минимально, поэтому феномен тренированного иммунитета у них выражен ярче.

Исследования пуповинной крови (Cord blood): Доказано, что неонатальные иммунные клетки после инкубации с БЦЖ или бета-глюканом выдают мощный усиленный ответ на липополисахариды (LPS) и лиганды TLR2.
РКИ в Гвинее-Бисау: Рандомизированное исследование показало, что введение БЦЖ новорожденным достоверно снижает смертность от всех причин, причем это снижение математически значительно превосходит тот процент, который можно было бы объяснить только защитой от туберкулеза.
РКИ в Уганде: Показало, что БЦЖ защищает от эпизодов нетуберкулезных инфекционных заболеваний.
(Примечание спикера: в Дании аналогичный эффект не был подтвержден, однако выяснилось, что на исход критически влиял материнский иммунный статус — наличие рубца БЦЖ у матери).

Когортное исследование MIS BAIR (Австралия). Масштабная когорта системной иммунологии, отслеживающая детей от рождения.

Результат: РКИ в рамках этой когорты доказало, что вакцинация БЦЖ при рождении достоверно снижает риск развития экземы в первые 5 лет жизни.
Обоснование: Тренированный иммунитет сдвигает баланс в сторону ответа типа Th1, что теоретически способно подавлять гиперактивность Th2-типа, лежащую в основе аллергий.

Роль различных типов вакцин в тренированном иммунитете.

На сегодняшний день ВОЗ признает, что наиболее сильной доказательной базой по снижению общей смертности за счет неспецифических эффектов обладают живые аттенуированные вакцины (БЦЖ, коревая вакцина, вакцина MMR). По словам доктора Дафер, в период пандемии были большие надежды на новые платформы, однако на данный момент нет никаких убедительных доказательств, что мРНК-вакцины способны вызывать тренированный иммунитет.

Безопасность: Есть ли вред от гиперактивности?

В экспериментах на взрослых было показано, что неправильная “тренировка” (например, западной диетой) или гиперактивность врожденного иммунитета могут коррелировать с развитием атеросклероза. Однако у детей, получавших вакцины, таких данных нет. Наоборот, недавние исследования показывают, что БЦЖ снижает общий уровень системного воспаления (снижение базовых хемокинов).

Клинические перспективы (Guidelines / Стратегии применения)

Исследования показывают, что эффект тренированного иммунитета сильно зависит от последовательности введения препаратов и их комбинации. Доктор Дафер представила результаты элегантного клинического исследования, оценивающего синергию БЦЖ и бесклеточной коклюшной вакцины (aP).

Группа в исследовании	Схема вакцинации	Результат (Влияние на адаптивный и врожденный ответ)
Группа 1 (Контроль)	Только вакцина против коклюша.	Стандартный специфический (адаптивный) ответ.
Группа 2 (Одновременная)	Коклюшная вакцина + БЦЖ одновременно.	Нет значимого преимущества перед стандартной схемой.
Группа 3 (БЦЖ ПЕРВАЯ)	Сначала БЦЖ, ожидание несколько месяцев, затем коклюшная вакцина.	Формирование тренированного врожденного фенотипа + Значительно усиленный адаптивный ответ (более высокие титры антител) на специфические коклюшные антигены.

Обновленные концепции от доктора Дафер:

При разработке графиков иммунизации необходимо критически оценивать последовательность введения вакцин. Есть данные, свидетельствующие о том, что если последней в серии вводится живая аттенуированная вакцина, это приносит максимальную пользу за счет фиксации тренированного иммунитета.
Будущее вакцинологии лежит в создании вакцин, которые целенаправленно комбинируют индукцию адаптивного и тренированного врожденного иммунитета (например, за счет добавления специфических адъювантов, стимулирующих врожденные рецепторы).
Нельзя изучать эпидемиологию и иммунологию вакцин изолированно друг от друга; клинические испытания должны учитывать неспецифические эффекты и снижение общей заболеваемости, а не только защиту от целевого патогена.

Открытая панельная дискуссия и сессия Q&A (Общая сессия)

Участники дискуссии:

Спикеры: Проф. Паоло Пальма, проф. Ульрих Хайнингер, проф. Вана Спулу, д-р Элизабет Дафер.
Модераторы: Проф. Ханна Нохинек, Илияс Юсиферис.
Эксперты из аудитории: Проф. Рон Даган (Израиль) и делегаты из Мексики, США, Гондураса и Тайваня.

Роль адъювантов в индукции «тренированного иммунитета» и вопросы безопасности

Дискуссию открыл вопрос из Мексики о том, играют ли адъюванты роль в тренировке врожденной иммунной системы.

Ответ д-ра Дафер: Главная цель адъювантов — стимуляция врожденного иммунитета для создания более сильной реакции. Многие современные адъюванты (если изучить их изолированно) сами по себе способны индуцировать фенотип тренированного иммунитета. Этим же объясняется, почему живые аттенуированные вакцины (содержащие естественные структуры патогена) справляются с этой задачей лучше других.
Проблема безопасности (комментарий проф. Нохинек): Модератор подняла острый вопрос безопасности, напомнив об опыте Финляндии с пандемической вакциной против гриппа H1N1 (2009 г.), где применение адъюванта AS03 связывали со случаями нарколепсии.
Уточнение: Нохинек подчеркнула, что последующие иммунологические исследования доказали: причиной нарколепсии был сам антиген вируса, а не адъювант AS03, однако «память об этом страхе жива», что требует колоссальной осторожности.
Резюме Дафер: Большинство исследований тренированного иммунитета проведено на взрослых. Использование мощных иммуностимулирующих адъювантов у детей требует крайне взвешенного подхода, так как развивающаяся иммунная система младенца является «слепым пятном» в текущей доказательной базе.

Влияние антипрививочных движений и противодействие псевдонауке.

Врач из США подняла вопрос о катастрофическом влиянии антипрививочной пропаганды на клиническую практику.

Европейский опыт (У. Хайнингер): В Швейцарии и Германии системного урона политике здравоохранения пока нет (подобно тому, как британский скандал Уэйкфилда с аутизмом и вакциной MMR в свое время не пересек Ла-Манш).
Образовательные стратегии (П. Пальма): В Италии проблема стоит остро. В ответ на это внедряются школьные образовательные проекты. Эксперт выделил инструмент «Mop Patrol», разработанный социологами ВОЗ — систему из 6 модулей с играми и методичками для учителей, объясняющими механизмы вакцинации новому поколению.
Опасность псевдонауки (В. Спулу): Спикер привела в пример недавние публикации Роберта Ф. Кеннеди-младшего, который использует сложную научную терминологию для критики методологии серьезных исследований по безопасности вакцин. Это «наукообразная псевдонаука», для противодействия которой врачам теперь требуется глубочайшее знание методологии, чтобы аргументированно отвечать родителям.

Фундаментальный спор о резистентности (Вакцины против AMR).

Самой острой частью сессии стала полемика с профессором Роном Даганом (Израиль), легендарным экспертом в области инфекционных болезней.

Главный тезис проф. Дагана: «Каждая вакцина — это инструмент против антибиотикорезистентности. Самый высокий риск для ребенка получить антибиотики — это пойти на прием к врачу. Если вакцина предотвращает визит к врачу, она предотвращает назначение антибиотиков».
Скептицизм в отношении популяционного снижения AMR: Даган выразил сомнение, что вакцины сами по себе решат кризис. Пример пневмококка: Введение вакцины против 30 серотипов оставляет нишу для оставшихся 80. Проблема резистентности кроется не в инфекционном штамме в легких, а в колонизирующей флоре на слизистых, которая постоянно подвергается воздействию антибиотиков (эффект замены / replacement).
Прямая цитата Дагана: «Мне 79 лет. 40 лет назад появление новых антибиотиков было огромным событием, мы думали, что победим. Теперь мы знаем, что последние 35 лет мы проигрываем. Мы постоянно говорим о программах контроля, но резистентность не снижается. Вакцинация беременных спасет конкретного ребенка от реанимации, но глобальную AMR это не остановит, пока в детских садах 20 детей одновременно принимают разные антибиотики».
Контраргумент В. Спулу: Признавая многофакторность проблемы, Спулу привела пример вакцины против Haemophilus influenzae type b (Hib), которая полностью ликвидировала Hib-менингиты и связанную с ними резистентность без феномена серотипового замещения.
Реальные клинические данные по РСВ (Израиль): Проф. Даган привел свежие цифры из Израиля по применению моноклонального антитела нирсевимаба у младенцев: госпитализации детей до 6 месяцев с РСВ рухнули на 80%. Дети, не попавшие в больницу, избежали массового нерационального применения антибиотиков (которые обычно назначаются 30-50% госпитализированных с РСВ).

Коклюш и иммунизация беременных: Разбор вспышки в Гондурасе

Врач из Гондураса привела трагическую статистику своей страны: в 2025 году было 114 случаев коклюша, а всего за первые 4 месяца 2026 года — уже 112 случаев и 9 смертей (7 из которых — дети до 1 месяца). Причина — массовый отказ беременных от вакцинации из-за мифа, что DTaP нанесет вред плоду.

Комментарий У. Хайнингера: Коклюш развивается волнами, но вакцинация во время беременности — это единственный сертифицированный ВОЗ метод предотвращения младенческой смертности от коклюша.
Охват: Даже в Великобритании, где кампанию запустили в 2012 году на фоне публикаций о смертях младенцев (охват тогда резко взлетел до 70%), показатель так и не превысил эти 70% из-за перманентного скептицизма населения.

Терминологический конфликт: Действительно ли иммунитет нуждается в «Тренировке»?

Провокация У. Хайнингера: «Я категорически не согласен с термином “тренированный иммунитет”. Мышцам нужна тренировка, мозгу нужна, но иммунная система ребенка совершенна от природы. Антипрививочники часто говорят: “Мы хотим натренировать иммунитет диким вирусом”. Я отвечаю им: иммунитет вашего ребенка не нуждается в тренировке, он уже готов». Хайнингер привел в пример Фарерские острова: люди, переболевшие корью, сохраняли идеальный иммунитет 50 лет спустя без всяких повторных контактов («тренировок»).
Ответ Э. Дафер: Научное сообщество признает слабость термина (он легко искажается в соцсетях). Однако термин «прайминг» использовать нельзя, так как при тренированном иммунитете формируется совершенно новое, синергетическое состояние клетки с измененным эпигенетическим ландшафтом, дающее гиперергический ответ. Термин «неспецифические эффекты» также неудачен, так как начинается с отрицания.

Заключительные выводы спикеров.

Модератор попросила каждого эксперта назвать главный приоритет для будущей работы:

Элизабет Дафер: Главный вызов — не проведение новых биологических исследований для подтверждения того, во что мы и так верим, а изучение того, как транслировать эти знания в реальную государственную политику и добиться принятия обществом.
Вана Спулу: Нам срочно нужны исследования с жесткими клиническими конечными точками, доказывающими влияние новых вакцин на снижение AMR, чтобы заставить политиков включить вакцинацию в стратегии Antimicrobial Stewardship.
Ульрих Хайнингер: Прежде чем гнаться за инновационными безыгольными системами, мы должны решить проблему внедрения. У нас лежат превосходные вакцины в холодильниках, которые просто не используются из-за логистических и образовательных барьеров.
Паоло Пальма: Приоритет — разработка мукозальных (местных) вакцин для предотвращения респираторных инфекций и прояснение регуляторных аспектов феномена тренированного иммунитета.
Рон Даган (резюме сессии): «Мы не проявляем достаточного уважения к природе. Я слушаю отличные доклады и ухожу с 79-летним опытом фрустрации, потому что мы постоянно обсуждаем только один узкий аспект проблемы (будет то AMR или врожденный иммунитет), не понимая, что в биологии работает только тотальный скоординированный подход».